Весенний разговор с учителем 4 глава

- Чтоб не случилось тут с человеком, заблудится кое-где, ужаснется чего-то, ему необходимо только вспомнить про костер, представить его, и сила выведет его. Так уже было пару раз, скажи, Ольга. Заблудишься, ходишь непонятно где, только вспомнил про костер. Бах, и ты уже к нему подходишь. Как это происходит, для Весенний разговор с учителем 4 глава тебя никто не растолкует. Но происходит ведь. И не только лишь со мной одним. Сколько раз было, в одну сторону идешь длительно, а назад, только настроился на костер, прошел незначительно, и все, ты в лагере. Чего не веришь?

- Верю.

- Это Место Силы. Тут перекресток миров, и чего только не происходит Весенний разговор с учителем 4 глава. Да ты и сам все узреешь.

А насчет огня и остального. У современных людей поверхностное осознание сущности вещей. Когда молвят, что огнь сделал человека, выделил его из мира животных, поставил на необыкновенную ступень, это молвят не просто так. Не так как старый человек начал шашлыки из мамонта Весенний разговор с учителем 4 глава поджарить. Огнь вывел человека на новый уровень общения с духами и силами этого мира. Так появился шаманизм, зародились античные культы огня. Вот и на данный момент костер вывел вас, позволил узреть кое-что. Но за дискуссиями вы вновь возвратились назад. Но ведь его можно и опять воскресить. Позвать Силу Весенний разговор с учителем 4 глава. Прямо на данный момент и не сходя с места, – заявил Волк и начал разгонять костер.

Руки его ритмично покачивались, будто бы опирались на невидимое упругое препятствие, а он пробовал с этой силой установить контакт. Правая рука была ориентирована в самое сердечко костра – горящий жар под бревнами, левая же то и дело Весенний разговор с учителем 4 глава подымалась ввысь, возгоняла поток вослед улетающим в небо искрам. Одна рука игралась с силой костра в самом его сердечко, другая же либо обе поднимали эту силу ввысь. Равномерно его внутренний ритм перебежал в распевку, которая стала еще посильнее активировать уже знакомые мне силы.Ту, Укко, Айске.

Айске, Укко Весенний разговор с учителем 4 глава, Ту.

Ту, Укко, Айске,

Айске, Укко, Ту.

Укко, Укко, Укко, Укко,

Укко, Айске, Ту

Укко, Ту.

И т.д., нескончаемое повторение. Какое-то время ничего с костром не происходило, пока колоритная вспышка не осенила горящие бревна. Так резко вспыхивает костер, когда пылающие дрова переворачиваются, но на данный момент бревна Весенний разговор с учителем 4 глава были недвижны. Костер затрещал, и огромное количество искр устремилось в окружающую нас тьму. Прямо за их полетом потекли и мы, вновь сместились в состояние ускоренного восприятия, вновь узрели длинноватые горящие нити. Время замедлило собственный ход, все пропало, не считая этих пламенных нитей и ритмичной распевки:Ту, Укко, Айске.

Айске Весенний разговор с учителем 4 глава, Укко, Ту.

Ту, Укко, Айске,

Айске, Укко, Ту.

Он разворачивал костер в одну и другую стороны, поднимал ввысь и отпускал пылать. Он был с ним в одном темпе, и костер слушал его. Мы же, как парализованные следили неслыханного чуда резонанса, единства человека и стихии, смотрели, пока не тормознула распевка, и не Весенний разговор с учителем 4 глава наступила полная тишь, прерываемая только треском пылающих дров. Да проснувшимся ветром, что шумел со свистом в кронах елей и сосен.

- Ну вот, я разбудил костер, и даже ветер. – Волк нарушил всеобщее молчание. – Сейчас вы, пробуйте, обучайтесь. Поиграйте этим ритмом в себе и соедините его с огнем. Можно встать, можно посиживать Весенний разговор с учителем 4 глава, это не имеет значения, да и надменных поз по отношению к силе стихии принимать не нужно. Проявите почтение к Силе, и она отзовется. Непременно. Может быть не сходу, но отзовется. Но снутри полная нейтраль, даже непричастность, будто бы вам и не нужно ничего этого совсем, тогда получится.

Мы начали Весенний разговор с учителем 4 глава повторять его незамудреные движения, я при всем этом ощущал себя достаточно тупо и скованно. Так ничего не получится.

- Расслабься, Дима, отдайся резонансу. Проводи, не запирайся. Это творчество. Работай изнутри, от сердца. Только так можно чего-то достигнуть в мире магии.

В конце концов, я отпустил диалог и Весенний разговор с учителем 4 глава порядком приевшееся самосозерцание и стопроцентно ушел в процесс.

- Давай, давай, правой работай вниз. Укко, Укко, Укко. Как в Калевале, помнишь: Ой ты, Укко, Бог Верховный, всей Вселенной властелин. Подымай, буди Силу костра. Позже ввысь подымай, глаза тоже ввысь в небо. Ту, Укко, Айске.

Айске, Укко, Ту.

Ту, Укко, Айске,

Айске, Укко Весенний разговор с учителем 4 глава, Ту.

Я продолжал работать, периодически входя в состояние полного транса. Только слова учителя возвращали меня назад, я еще не вошел в резонанс, и он вновь будил меня. - Проводи, проводи, слова не важны совершенно. Важен внутренний ритм, это частота. Без нее ни одно заклинание, ни песня работать не Весенний разговор с учителем 4 глава будут. Ритм – звучание Души. А слова я могу петь какие угодно. Сила нашего языка не осознает, она осознает только язык нашего сердца, нашей души.Айске, Укко, Ту.

Укко, Укко, Укко, Укко,

Укко, Айске, Ту

Укко, Ту.

Я продолжал работать. В тему его слов пронеслось быстрое видение, воспоминание. Волшебные афро-карибские распевки Весенний разговор с учителем 4 глава мастера Серафима. Своим пением он практически гипнотизировал людей. Тогда, на ритуале подношения, он преподал мне урок волшебных распевок. Который я начал осознавать, только на данный момент. Его улыбающееся лицо, растаманские дреды - видение промелькнуло в бликах костра. Где ты на данный момент, Серафим? Пропал безо всяких следов на Карибских островах? Либо Весенний разговор с учителем 4 глава уже в других мирах?

Я продолжал работать, воодушевленный этой внезапной поддержкой. Мои руки заполнились теплом костра и будто бы связались с ним невидимыми нитями. Я разгонял снизу и поднимал ввысь, продолжал собственный танец. Но костер горел ровно, только время от времени отбрасывая искры.

- Дима, Дима, давай еще. Отпусти все Весенний разговор с учителем 4 глава. Ничего нет, тогда получится. Проводи, не зажимай. Пошли совместно.Ту, Укко, Айске.

Айске, Укко, Ту.

Ту, Укко, Айске,

Айске, Укко, Ту.

Мы работали вкупе. И вновь я продолжал один. И т.д., и еще, и еще до момента полной остановки. Когда я понял окружающую нас Силу, ее Весенний разговор с учителем 4 глава величие и безмолвие. Как обрисовать Её? Это просто нереально. В одно мгновение я понял ее присутствие, как все вокруг она пронизывает и заполняет. И в тот же миг получил ответ. Мощнейший направленный порыв ветра прямо в огнь. Костер взметнулся в сторону и ввысь. И в небо опять полетели Весенний разговор с учителем 4 глава столпы искр.

Я медлительно приходил в себя. Все так просто. Но сколько нужно приложить усилий, сколько веры. А если б рядом не было его? Я поглядел на учителя, он улыбался:

- Вот видишь, Дима, оказывается, и ты можешь с костром работать. Если захочешь.

А я вновь ощутил единство с Силой мира, что Весенний разговор с учителем 4 глава рядом и нигде сразу. Но если есть она, то я уже не я. Да, все это естественно любопытно.

По сути все, естественно, до боли просто! Только стоит приостановить поток интерпретаций, безумие самолюбующегося Я. И ты усвоишь, что ты уже не ты, а только частица в океане мироздания, который весь, но Весенний разговор с учителем 4 глава ж, тоже ты. Неплохой повод, чтоб натужить крышу! Как мы привыкли, я и то, я и это, и вдруг ты растворился в этом Всем! Нет больше тебя! А возродиться сможешь в осознании, что ты все есть, и Путь, и Правда, и Жизнь. Поистине, я есть Бог! Все отлично Весенний разговор с учителем 4 глава, но опять есть вопросы. Кто мы, откуда, где и куда идем?! Как охото все вспомнить до мига перехода, конечной свободы.

Волк поднялся от костра:

- Мысль, мысль, и где я нахожусь. А, Димка, ну как нравится для тебя аномальная зона?

***

Я помнил слова учителя насчет костра, потому и спал Весенний разговор с учителем 4 глава рядом. Да так я и привык с самого юношества, когда дед таскал нас с братом по горам. Костер в ночном лесу – это больше чем просто тепло и жгучая пища. Он дарит человеку спокойствие и особенное состояние Духа, которое век от века пестуют романтики кочевой жизни. Потому к ночевке в палатке и Весенний разговор с учителем 4 глава спальнике я всегда относился с неким недоверием. У огромного костра, закрывшись тентом, либо меж 2-ух костров можно тихо ночевать хоть зимой. А в палатке ты доступен и для сил ночи, ну и просто для голодного зверька.

Вспомнилась история с Курил про японца, который возжелал переночевать на медвежьей Весенний разговор с учителем 4 глава тропе. Расставил палатку, лег спать. Мишки пришли, а стол уже накрыт. И всё, съели бедного японца.

Всю ночь я был будто бы в полусне, в оранжевом мареве костра. Стоило ему угаснуть, я пробуждался и подбрасывал еще пару бревен, и вновь в сладкую истому оранжевого сна.

- Знаешь, место еще не признало Весенний разговор с учителем 4 глава вас, – произнес Волк с утра. – Я имею в виду тебя и Татьяну, новых учеников. Мы с Ольгой тут уже свои. Ну и Орел тоже, сейчас приедет. Он вообщем тут владелец. А вам еще предстоит приспособиться. Так что ничему не удивляйтесь. Помни о костре, обычная работа поможет для тебя собраться и Весенний разговор с учителем 4 глава акклиматизироваться. Там в багажнике бензопила, ты пилил когда-нибудь?

- Нет, я обычно топором обходился.

- Нужно для тебя ее освоить, это суровый агрегат.

Я заправил пилу, завел ее, свалил несколько сухостойных елок. Простоя физическая работа вправду собрала меня после событий ночи.

Орел приехал поближе к вечеру, и тоже на подъеме Весенний разговор с учителем 4 глава. Мы вновь собрались вокруг костра. Разлили по кружкам брусничную наливку. Издавна не виделись, ну и где еще можно так побеседовать. Но уроки шли и за обыденным разговором.

- Без масок, Дима, будь самим собой. Самим собой. Все просто, – произнес Орел. – Смейся только тогда, когда для тебя вправду забавно.

Увидел Весенний разговор с учителем 4 глава мою привычку посмеиваться для поддержания разговора. На то он и Орел, остроглазый. И вновь разговор, и вновь я не по теме засмеялся. Опять натыкаюсь на его взор.

- Будь самим собой. Самим собой. Без масок. Так либо по другому, но маску для тебя придется снять. Место силы разламывает не Весенний разговор с учителем 4 глава человека, не его существо, а только его маску. Через все напластования, через социальную грязь сила проходит к настоящему существу каждого. Которое понимает и собирается умереть. Так как знает все о жизни и погибели. И весь экстаз, весь кайф, вся свобода просто в способности хоть тут побыть самим собой Весенний разговор с учителем 4 глава.

Он гласил, а меня начинало мутить все посильнее и посильнее. Тошнота подкатывала к горлу. Я с трудом сдерживался, да и отступить не мог из-за магнетизма его слов. Только в последний момент я отскочил в сторону от костра, и меня стошнило.

Меня тошнило на месте силы не 1-ый раз Весенний разговор с учителем 4 глава. Такое действие аномальные зоны оказывают на многих. В особенности когда это действие усиливается учителем, уже прошедшим этот шаг. Одних чистит через верх, других через низ. Незабвенна история Карлоса Кастанеды, как он не один раз стирал свои брюки в ручье после еще одного знакомства с исступленным нагвалем собственных донов-учителей Хуана и Весенний разговор с учителем 4 глава Хенаро.

- А где наш небольшой Карлос? – со хохотом спрашивал один.

- У бедолаги снова задачи с желудком! В общем, ничего необычного, тут каждый должен быть готов и к такового рода испытаниям. Эта реакция – неплохой символ, что работа с человеком началась. К слову сказать, осенняя поездка никого не оставила Весенний разговор с учителем 4 глава флегмантичным в этом плане, каждого затронул процесс внутреннего очищения.

Обычно такая очистка проходила у меня тяжело. Глаза багровели и слезились, сдавливало гортань, болезненно отдавалось в голове. Ну и проходило все это не в преддверии основного контакта с Силой, а по окончании его. Так было после возвращения с летнего культа Весенний разговор с учителем 4 глава, когда основной опыт был завершен. На данный момент же мощная очистка шла в преддверии основной работы. Ну и шла умопомрачительно просто, я вправду освобождался от всего ненадобного, грязного, приевшегося.

Меня выкручивало навыворот, а в теле был экстаз, хотелось орать и петь. В тот вечер я еще не раз бегал Весенний разговор с учителем 4 глава в кустики, стоило испить жаркого чая и вперед.

- Вот видишь, Дима, сколько в для тебя дерьма, – произнес Волк после моего еще одного возвращения. – А еще спрашиваешь, почему я тебя не взял во вторую поездку. Сейчас, наверняка, и сам понимаешь.

- Понимаю, ну и не звало меня.

- Тогда ты еще не был готов Весенний разговор с учителем 4 глава со всем своим дерьмом расстаться. Тебя после первого прохода заклинило отлично. Но ведь ты и получил тогда кое-что?

- Да еще как! Круто было, я такового вообщем никогда не лицезрел.

- Зато я лицезрел, какой ты там носился. Ты даже восьмерку на небе не увидел.

- Какую восьмерку?

- Восьмерка Весенний разговор с учителем 4 глава пламенная либо символ Бесконечности, понимай, как хочешь. Она открылась сначала летнего культа. Скорей всего этот символ будет аккомпанировать и другие культы неба. Тогда она открылась над самым местом Силы, и символ Z появился, но попозже, свидетельство массивного звездного контакта. Вас с Соколом тогда накрыло, будь здоров. А ты и позже Весенний разговор с учителем 4 глава переклиненный носился длительно. Оно и понятно, дерьмо вскипело. Именно поэтому во вторую поездку я тебя и не взял. Хотя тут было чего поглядеть, скажи, Ольга?

- Да, для меня 2-ая поездка была решающей. Ведь я с первого раза аномальную зону не сообразила. А во 2-ой раз чего тут только не Весенний разговор с учителем 4 глава было. Люди сходу созидать начинали.

- Да, большая часть людей созидать начали сходу, как приехали. Ольга отвела их к речке, гласит, смотрим туда и сюда. Что лицезреем? Они молвят, она инспектирует. Все лицезреют то же, что и она.

- А что лицезрели?

- Город лицезрели, древний город, замки, улочки. Это одна Весенний разговор с учителем 4 глава из реальностей аномальной зоны. Их тут не меньше пятидесяти. Но самое увлекательное что, начав созидать эти действительности, ты сам и строишь их. И это не иллюзия, ведь построенное тобой лицезреют и другие. Помнишь, как Раушан?

- Да, Раушан гласит, а что тут городка какие-то, - отозвалась Ольга. – А это я выстроила Весенний разговор с учителем 4 глава, это мой город. А на болоте – клумбочки с цветами. Так их позже все обходили.

- Да, да, я смотрю, люди по болоту прогуливаются какими-то квадратами. А они оказывается, Ольгины клумбы обходят, страшатся затоптать. Вот так. И все это мелочи, по сопоставлению с остановкой света. А ведь место дает и такие Весенний разговор с учителем 4 глава познания, и это действительность.

- Все тут есть, можно хоть какого сказочного персонажа повстречать. Побеседовать с ним либо с хоть каким зверьком. Тут зверек человека не тронет. Напротив, подойти может, открыться. Животные аномальной зоны, такие же волшебные существа, как и все вокруг. Тут оживает неважно какая притча. Помнишь Весенний разговор с учителем 4 глава, как Татьяна за ягодами прогуливалась?

- Да, прогуливалась, а ягод в этом году сильно мало. Выходит на полянку брусничную, ягод нет. Ну-ка песенку духам спою. А это нужно слышать, как она песенки поет. Поет, поет, и ягоды начали раскрываться. 5 минут и целую кружку брусники принесла. Прямо тут рядом насобирала, а люд Весенний разговор с учителем 4 глава прогуливался всюду и ничего.

- А, Иринка, как за грибами прогуливалась. Прогуливалась, прогуливалась – нет грибов. Побеседовала с духами, попросила. Выходит и целая поляна подберезовиков. Возжелала собрать, не во что. Снова просит посодействовать. И здесь от поваленного дерева большой кусочек коры отпадает. Она туда грибы складывает, благодарит и бегом в лагерь Весенний разговор с учителем 4 глава. Прибегает, глаза навыкате, орет: «Ребята, это притча!»

- Ну, а я чего. Я и так знаю, что притча. Одна Минометка, что с людьми делает. Встают на восходящий поток, на шест руками опираются, и их ввысь подбрасывает. Люди аж рыдают от экстаза. Но это все мелочи. Главное переплавка, изменение сознания Весенний разговор с учителем 4 глава, внутреннее движение света. Это действительность, нужно только, чтоб совпали время и место, культ открыть. Тогда и начнется. Я это умею делать, информацию могу получить и прямым познанием, и общаясь с созданиями аномальной зоны. Тогда мне удалось летний культ Ворона открыть.

Там на Минометке никто еще костров не разжигал. Можешь сходить Весенний разговор с учителем 4 глава поглядеть, нет там костровищ. Все страшатся, там же боеприпасов много до сего времени. А информация пошла, что нужно конкретно там разжечь большой костер. Отыскали выход скальной породы, разожгли костер. И далее идет, свечки нужно поставить там и там. Поставили свечки и запустили культ. Ночь уже была, поближе Весенний разговор с учителем 4 глава к полнолунию. И началось. Я для тебя так скажу, лазерное шоу на 850 лет Москвы просто отдыхает. А ведь на него миллионы были потрачены. А тут просто так и идет, и идет. И ты понимаешь, что это не лазеры, это само мироздание, свидетельство всевластного Творца. Что-то схожее и евреи в древности лицезрели Весенний разговор с учителем 4 глава на собственных святых горах. Но тут все равно круче. Вся история населения земли подытоживается.

Это лицезрели, даже те, кто в лагере остался. И мы смотрим, оторваться не можем. Я понимаю, что нужно снять, но ни 1-го фотоаппарата под рукою. И я не могу никого вниз выслать, просто Весенний разговор с учителем 4 глава не могу. Ведь это для их, для тех, кто лицезреет. Они должны были глядеть, просто глядеть. Ну и не глядеть было нельзя, глаз не оторвать от этого великолепия. Стоим, смотрим, сполохи на все небо, картины идут, космознаки, что это означает – непонятно, расшифровывать нужно. Непонятно пока ничего. А там Весенний разговор с учителем 4 глава все, вся история населения земли, все культы, все религии, все, все, все. Все, что нам понятно, и что вообщем непонятно. Тут на Горе все есть. Это Нескончаемый город. И люди пока сюда исключительно в гости приезжают.

А под конец, вокруг луны звезда Давида, одним лучом рисуется. Геометрия точная. Все конец культа, как Весенний разговор с учителем 4 глава для тебя это передать. Я много чего лицезрел, но тогда от экстаза так орал, даже тут, в лагере все пробудились. Господи, ты есть, кричу. А от этой звезды в различные стороны по зоне лучи пошли. Я сходу сообразил, места демонстрируют. Один луч вперед на полшестого ушел, туда Весенний разговор с учителем 4 глава вообщем не прогуливались.

На последующий денек отправляю туда людей. Приходят, молвят, отыскали место, гора в форме осьминога, щупальца в различные стороны. В центре и по щупальцам стрелка компаса как обезумевшая вертится. Самое увлекательное, что она, – учитель указал на Ольгу, - это место еще до поездки увидела, за что я и люблю ее Весенний разговор с учителем 4 глава, мою ученицу. И этого спрута еще тогда нарисовала.

Вот так, но все это только начало. Загадок и загадок у Горы не счесть. Разгадывай, разгадывай, а все равно всего не узнаешь. Самое главное, что место откликнулось и начало работать с нами, приняло нас. Ведь я таких Мест Весенний разговор с учителем 4 глава Силы не знаю, хотя в свое время много поездил, не одну аномальную зону раскрыл. И на севере был у шаманов, и на юге у табибов. Но таких мест не лицезрел.

- Нет, Володя мне звонит, орет, учитель, нужно ехать. Там такое, гласит. Я ему, Володя, родной, остынь. А он свое Весенний разговор с учителем 4 глава, ехать нужно. И ведь вправду, нужно оказалось.

Таковой, наш Орел, до сего времени для меня загадка, как он колдуном стал. Гласит через понимание. А я осознать не могу, как это? Но ведь колдун, стал же. Ты ведь не будешь спорить?

- Да ну, куда мне спорить, - я поперхнулся. – Я блевать пошел.

- А Весенний разговор с учителем 4 глава, ну иди, иди. Дело неотложное, я понимаю.

Мои вылазки в кустики сопровождались шоу нон-стоп Татьяны. Интеллигентная дама, в миру экскурсовод, тут же выдавала на всю катушку. В шапке грубой вязки с этническими орнаментами она напоминала мне алеутскую шаманку в трансе. Даже вид стал монголоидный. Она плясала, падала на Весенний разговор с учителем 4 глава землю, вскакивала, издавала боевые индейские кличи, прикрывая рот рукою. Периодически пела про 40 человек на сундук покойника. И что-то еще, по всей видимости, большенному шоу бизнесу пока не известное. И все это без всяких психотропов, если естественно к таким не относить полкружки брусничной наливки.

- Что с ней?

- Место Весенний разговор с учителем 4 глава учит ее, ведет, сходу взяло. Малость почистило и в путь. Урок идет за уроком, очень круто. Я ведь эту Татьяну и не знал совершенно, кто она, откуда. Звонит, просится, и я понимаю нужно. Ну и беру. А здесь ее сходу поперло. А так ничего с ней не будет, поколбасится незначительно и Весенний разговор с учителем 4 глава возвратится. Те, кто со мной ездят, всегда нормально ворачиваются, если делают, что я говорю.

Я приценивался к ритмичным рывкам ее тела и вправду начал угадывать накаты наружной силы. Она была как кукла на нитях, но нити шли со всех боков. Эти живы нити вели ее, а время от времени Весенний разговор с учителем 4 глава по ним шли волны энергии и заполняли ее.

- Что нравится?

- Да, круто ее учит.

- Она дама, дороги дам более прямые. Это мужчины норовят голову включить, а голова тут не всегда нужна. Голова тупая. А тут безумие, не пройдя которое ничего не получишь. Вопрос пройти через все и Весенний разговор с учителем 4 глава остаться осознанным. Потому психов на обучение я не беру, хотя лицезреют они хорошо. Я инспектировал. Ведь гений и сумасшествие так близки и тотчас просто не разделимы.

Вот так, и по-другому просто нельзя. Мистика – это осознанное сумасшествие либо безумное понимание. Что, в общем-то, одно и тоже. Умереть можно вовнутрь, тогда Весенний разговор с учителем 4 глава ты исчезнешь, а мир остается, а можно наружу, тогда ты останешься, а мир пропадет. А по сути это одно и тоже. Нужно пройти все, что в для тебя есть, все свое дерьмо выложить наружу. Только так идет реализация. Это не означает, что необходимо потонуть в нем, нет. Просто Весенний разговор с учителем 4 глава осознай и стань самим собой, ведь как мы привыкли считать себя неплохими, просто ангелы с крыльями. А по сути гады гадами, глотки готовы грызть друг дружке. Это так как человек бежит от собственной природы. Не реализует ее, а бежит, копит кармический долг. Таковой ты есть! Не напрасно же ты таким Весенний разговор с учителем 4 глава родился! Так будь собой! Ты актер на сцене театра этой жизни, и ту же роль потянешь, но уже в другом спектакле. Либо развалишься на части, не выдержав столкновения со гибелью. Ведь погибель тоже сила, и с цельной структурой она ничего не сумеет сделать. Только перетащит в новейшую действительность, где Весенний разговор с учителем 4 глава ты опять будешь самим собой. Не принципиально где, хоть в самой пучине ада, но ты уже свободен. Целостен и осознан. Вот скажи мне, что бы ты предпочел после погибели рай либо ад?

- Вопрос естественно с подковыркой, я отвечу просто – рай.

- Ответ не верный. Ни рай, ни ад не принесут Весенний разговор с учителем 4 глава освобождения. Свободу. Только так. И даже в самом нижнем мире с Индрой ты договоришься, если будешь свободен. Свободная матрица - это все, это Господь. Она пронзает всю Вселенную, и для нее нет никаких препядствий. И этому можно научиться тут. Тут можно получить познания и силу, что сделают тебя свободным. А Весенний разговор с учителем 4 глава научиться необходимо только одному. Сдвигать и останавливать свет. И все, больше ничего не нужно. Ведь все из света.

Я не мог не веровать в то, что он гласил. Глубоко в себе я осознавал, что это вправду так. Но тот не Я, что посиживает снаружи, нервно засмеялся. И сходу я Весенний разговор с учителем 4 глава попал на остроглазый взор Сокола:

- Без масок, Дима, будь самим собой, самим собой. – Уже звучит как мантра. – Без масок, а то снова пойдешь блевать.

- Спасибо, я уже пошел.

Возвратившись, я застал Волка и Сокола за обыкновенной дружественной перепалкой. Ольга таинственно улыбалась, а Татьяна бубнила что-то Весенний разговор с учителем 4 глава свое в палатке недалеко, шаманила сама с собой.

- Володь, ну растолкуй, как ты стал колдуном? Ты говоришь через понимание. Как это, я не усвою. Ты, когда пришел ко мне 1-ый раз, я вижу – собственный человек. На сильном испуге, глаза туда сюда. Помнишь?

- Помню, естественно. В Москве, в центре целительском Весенний разговор с учителем 4 глава люди посиживают, беспокоятся, все на измене. Я спрашиваю одну. Чего паника такая? А она мне – Он идет. И снова на измену. Бах и ты заходишь. А я, ну пришел, ну и чего.

- Не нужно, шугняк и у тебя был приличный. Как я тебя впервой в параллелку вывел, помнишь? В Весенний разговор с учителем 4 глава Ташкенте. Какой ты был, когда мир летунов открыл.

- Да, это вообщем было такое, как это поведать я не знаю.

- Ты не мне, ты вот ему расскажи, – учитель указал очами на меня.

РАССКАЗ Сокола

Поехали мы, означает, в горы, едем, едем. Дорога горная туда сюда поворачивает. А позже вообщем никак, далее Весенний разговор с учителем 4 глава пешком пошли. А там типа кордона пограничного, что-то такое.

- Там граница с Киргизией неподалеку, – оборвал начало яркого повествования Волк. – Там ваххабиты нередко прогуливаются по горам, постреливают. Потому узбеки на всех дорогах погранцов расставили.

- Ну и эти погранцы местные ничем не лучше. Подходим мы к ним, а они по-русски Весенний разговор с учителем 4 глава вообщем никак не молвят. Кирдык курдум и все такое. Я смотрю им в глаза, а там ничего, пустота и все. Полная нейтраль. Так у их к тому же калашники висят. И я понимаю, что им нас на данный момент хлопнуть, это вообщем нечего делать, и даже выражение лица Весенний разговор с учителем 4 глава не поменяется, так и остается на полной нейтрали.

Стою я, на их смотрю, сам уже на полной измене, а они что-то пробуют до меня донести. Ну, а я чего? Молчу. Учитель им тоже чего-то втирает на местном диалекте. Я задумывался уже все. Нет, вроде условился, пошли далее. А мне Весенний разговор с учителем 4 глава уже как-то не по для себя. Спускаемся вниз в ущелье, а там речка течет. А меня к воде тянет.

- Там речка исключительно в одном месте мощная. Серебряная вода. Псориаз, грибок лечит. Я как раз туда тебя и выслал.

- Выслал меня вниз, а сам наверху остался. Ну и гласит Весенний разговор с учителем 4 глава, иди, смотри речку, там уже другая действительность. Иду и начинаю осознавать, что расстояния, которые я лицезрел не те. Все вообщем по-другому. Я подошел к воде. Разулся, зашел в воду и говорю те слова, которые, разумеется, был должен сказать. Я сообразил одно: Вода моя, я с ней, я с Весенний разговор с учителем 4 глава Водой. Ну, здесь у меня пошло, Карелия, все такое. Я про себя говорю, как меня вставляет. Стою и слышу бах, бах. Выстрелы, означает. Я думаю, душманы, Он гласил, что тут их много. Я смотрю наверх, учителя вижу, вроде до него не далековато, я ему ору, но он меня не слышит Весенний разговор с учителем 4 глава.

- Нет звука, так и есть, – добавил Волк.

- Я начинаю осознавать, что звука нет. Помнишь, как у нас, когда мы с тобой шли с культа летом, звука не было вообщем. Все нет звука, барьер, стенка. Он кричит, я слышу. Я ему, он – ничего. Я выбегаю к нему, вижу вообщем Весенний разговор с учителем 4 глава все, вижу волков, все вижу. Я смотрю наверх, и это было зряче.

- Веруй очам своим, не веруй ушам. Веруй очам своим, кто ведает, не веруй.

- Я уже на данный момент сообразил, не нужно было тужиться, просто глядеть. Орел летит, позже очередной, два сокола летят. Я понимаю, что это Весенний разговор с учителем 4 глава посвящение, я – Орел. Два сокола летят. И я вижу, и я не понятно где, и мне все равно. Здесь он меня за руку берет, в машину сажает, и мы уезжаем.

Далее приезжаем в ущелье, там озеро. Ночь уже. Я такового не лицезрел никогда. Я могу поведать, что я Весенний разговор с учителем 4 глава лицезрел, так как я лицезрел. Эти горы, все они различные, чувство такое, что ты сидишь в бочке.

- Место силы. Я тебя привез на место силы.

- Я начинаю созидать движение планет по отношению к светилу. И движение Земли начинаю чувствовать. А Волк гласит, что мы тоже движемся в этом темпе Весенний разговор с учителем 4 глава. Он гласит, и я начинаю созидать, как это происходит. Ощущаю, как мы движемся. Мы не привыкли осознавать, что живем в этом движении. И я вижу звезды, взаимосвязано все. Ну а здесь луна вышла, женская энергетика пошла, извиняюсь за выражение. А я тогда не дружил с женской энергетикой, не осознавал дам Весенний разговор с учителем 4 глава. Я жил тогда, как вы на данный момент живете. Дама и дама, я не знаю, как мыслить о даме, если вообщем не знаю как. Я смотрю на Луну, и чихать начал. Волк поглядел на это дело и гласит – аллергия на луну. Типа негативное отношение к женской энергии. А позже все Весенний разговор с учителем 4 глава поменялось. Я Луну увидел, как она есть. Все сообразил сходу, что такое мать-земля, женская энергия. Любовь пошла. У меня с того раза вообщем отношение ко всему поменялось.

- Да, а сколько тебя еще позже колбасило, когда ты у меня в ванной отмокал. Параллелка, Дима, вещь очень суровая. Полный экстрим, и Весенний разговор с учителем 4 глава весь на голову. Не каждый сумеет ее нормально воспринять и не тронуться. Но это и уровень уже суровый. Все это колдун. Он лицезрел другой мир, прошел через него и возвратился. Если сумеет открыть другую действительность снова сам, снова пройти и снова возвратиться, это уже последующий уровень. Это Весенний разговор с учителем 4 глава уже тяжело. На этом уровне тормознули многие волшебные традиции. Работа с реальностями на физическом плане. Полное либо частичное наложение на наш мир одной либо нескольких реальностей. Все это очень круто, но для меня уже не ново, потому я и иду далее к матрице Абсолютной Свободы.

В ту ночь еще было много Весенний разговор с учителем 4 глава всего. Сила была не просто рядом, она была с нами. А мы были гостями на ее праздничке, и было забавно, хотя крутило и крутило не по-детски. Перекатистые удары бубна и торжественное пение варгана. Орел вновь произносил свое заклинание. - Быть самим собой, без масок, самим собой Весенний разговор с учителем 4 глава.

А я вновь бежал в кустики, меня вновь выворачивало под его аккомпанемент. Либо я был солистом под его варган.

- Давай, давай, Дима, еще. Ты еще не все сообразил.

- Я сообразил, я все сообразил! – орал я, откинувшись на сырой мох, и был при всем этом совсем счастлив. – Я все сообразил!

Меня крутило Весенний разговор с учителем 4 глава, поднимало ввысь, и вновь я падал вниз. Сила игралась со мной. Я ощущал ее. Хотелось к тому же еще, чтоб этот кайф был нескончаемым.

Ветер прогуливался кругами, а в расчистившемся небе появились звезды. Вышла луна…

***

С утра я был совсем другим человеком. Другой стала и погода, оставляя надежду, что мы Весенний разговор с учителем 4 глава отыскали резонанс с местными силами. Ведь погода в аномальной зоне не поддается управлению. Солнце светилось, как и было обещано, наполняя светом красу карельской озари. И к безрассудному сочетанию ее цветов добавлялся небесно голубой северного неба.

Другим человеком пробудилась и Татьяна, как и не бывало следов ее Весенний разговор с учителем 4 глава вчерашнего опыта вне мозга. Зато все следы очищения и свежести, что отлично различимы на лице немолодой дамы.


vesica-fellea-gl-d5-ili-d16.html
vesma-svetolyubivie-rasteniya-pod-pologom-drugih-derevev-ne-rastut-i-dlitelnogo-zatemneniya-ne-viderzhivayut.html
vesna-i-osen-maj-i-sent.html